Мукатиль ибн Сулейман: различия между версиями

Материал из Академия Корана
Перейти к навигации Перейти к поиску
Нет описания правки
Нет описания правки
Строка 28: Строка 28:
Его часто обвиняют в [[секта]]нтских воззрениях, таких как [[антропоморфизм|антро&shy;помор&shy;физм]] (''ташбих''). Мусульман&shy;ские биографы в целом согласны с тем, что Мукатилю приписывается «крайний» взгляд относи&shy;тельно Божественных атрибутов до такой степени, что он утверждал, что Аллах имеет [[плоть]] и [[кровь]]. Некоторые биографы упо&shy;минают сообщение о том, что его «край&shy;ние» взгляды на атрибуты Аллаха дошли до [[халиф]]а (возможно, {{вп|Абу Джафар аль-Мансур|аль-Мансура}}), и он спросил Мукатиля: «''Я слышал, что ты упо&shy;добляешь [Аллаха с атрибутами человека]''». Мукатиль ответил: «''Я только говорю:'' {{hqa10|Скажи: «Он – Аллах – один, {{аят}} Аллах – вечен;|112|1-2}}, ''а тот, кто сказал, кроме этого, тот [[ложь|солгал]]''»<ref name="Аскаляни" >{{book-ar|Ibn Ḥajar al-ʿAsqalānī|Tahdhīb al-tahdhīb|10/280-284}}</ref>. Неко&shy;то&shy;рые биографы отмечают, что в мечети Мерва были горячие [[богословие|бого&shy;слов&shy;ские]] [[дебаты]] между Мукатилем и [[Джахм ибн Сафван|Джахмом ибн Сафваном]] (ум. {{изхи|128|746}}) относительно атрибутов Аллаха. Дебаты были настолько жаркими, что впоследствии каждый из них написал книгу с кри&shy;тикой противополож&shy;ной стороны. По&shy;сколь&shy;ку Мукатиль пользовался уважением в Хорасане и был близким союзником Салима, он смог изгнать Джахма из Бал&shy;ха в {{вп|Термез}}. Воз&shy;мож&shy;но, спор между Мукатилем и Джах&shy;мом носил не только теологической, но и полити&shy;чес&shy;кий характер. В то время как Мукатиль пред&shy;ста&shy;в&shy;лял на пере&shy;говорах Салима, Джахм пред&shy;ставлял аль-Хариса. В после&shy;дующем сражении в {{изхи|128|746}} году Джахм был [[убийство|убит]] самим Сали&shy;мом{{sfn|M. Sirry|2012|c=54}}.
Его часто обвиняют в [[секта]]нтских воззрениях, таких как [[антропоморфизм|антро&shy;помор&shy;физм]] (''ташбих''). Мусульман&shy;ские биографы в целом согласны с тем, что Мукатилю приписывается «крайний» взгляд относи&shy;тельно Божественных атрибутов до такой степени, что он утверждал, что Аллах имеет [[плоть]] и [[кровь]]. Некоторые биографы упо&shy;минают сообщение о том, что его «край&shy;ние» взгляды на атрибуты Аллаха дошли до [[халиф]]а (возможно, {{вп|Абу Джафар аль-Мансур|аль-Мансура}}), и он спросил Мукатиля: «''Я слышал, что ты упо&shy;добляешь [Аллаха с атрибутами человека]''». Мукатиль ответил: «''Я только говорю:'' {{hqa10|Скажи: «Он – Аллах – один, {{аят}} Аллах – вечен;|112|1-2}}, ''а тот, кто сказал, кроме этого, тот [[ложь|солгал]]''»<ref name="Аскаляни" >{{book-ar|Ibn Ḥajar al-ʿAsqalānī|Tahdhīb al-tahdhīb|10/280-284}}</ref>. Неко&shy;то&shy;рые биографы отмечают, что в мечети Мерва были горячие [[богословие|бого&shy;слов&shy;ские]] [[дебаты]] между Мукатилем и [[Джахм ибн Сафван|Джахмом ибн Сафваном]] (ум. {{изхи|128|746}}) относительно атрибутов Аллаха. Дебаты были настолько жаркими, что впоследствии каждый из них написал книгу с кри&shy;тикой противополож&shy;ной стороны. По&shy;сколь&shy;ку Мукатиль пользовался уважением в Хорасане и был близким союзником Салима, он смог изгнать Джахма из Бал&shy;ха в {{вп|Термез}}. Воз&shy;мож&shy;но, спор между Мукатилем и Джах&shy;мом носил не только теологической, но и полити&shy;чес&shy;кий характер. В то время как Мукатиль пред&shy;ста&shy;в&shy;лял на пере&shy;говорах Салима, Джахм пред&shy;ставлял аль-Хариса. В после&shy;дующем сражении в {{изхи|128|746}} году Джахм был [[убийство|убит]] самим Сали&shy;мом{{sfn|M. Sirry|2012|c=54}}.


В первые годы правления {{вп|Аббасиды|‘Аббасидов}} Мукатиль, как и многие хорасанцы, мигрировал в иракские центры политической власти. Он поселился сначала в {{вп|Басра|Басре}}, а затем перебрался в {{вп|Багдад}}. Затем он вернулся в Басру, где он и умер в {{Из хиджры|150}} году<ref name="Хатиб" >{{book-ar|al-Khaṭīb al-Baghdādī|Taʾrīkh Baghdād|13/161-169}}</ref>. Преподавал в [[Мекка|Мекке]], [[Дамаск]]е и [[Бейрут]]е{{sfn|Plessner, Rippin|1993}}. {{вп|Абу Хатим ибн Хиббан}} (ум. {{изхи|354|965}}) перечисляет три возможные причины, по которым Мукатиль имел плохую репутацию: «''Он полагался на [[иудей]]ские и [[христиане|хрис&shy;тианские]] источники в своём тафсире Ко&shy;рана; он также был антро&shy;помор&shy;фистом, упо&shy;до&shy;бляв&shy;шим Аллаха Его творениями; и, кроме то&shy;го, он подделывал [[хадис]]ы''»<ref name="Аскаляни" />. Последний фактор широко обсуждался в био&shy;графи&shy;ческих работах (''кутуб ар-риджаль''), предназна&shy;чен&shy;ных для оценки правдивости передатчиков хадисов. Сообщается, что он передавал хадисы от людей, которых он не встречал (Кальби, ад-Даххака и др.){{sfn|M. Sirry|2012|c=55}}. Сообщается, что однажды он расска&shy;зывал людям хадис от [[Муджахид ибн Джабр|Муджа&shy;хида ибн Джабра]], а затем один из присут&shy;ство&shy;вавших встал и сказал: «''Я Муджахид, но я тебя никогда не встречал!''» Не моргнув глазом, Мукатиль возразил: «''Это не имеет зна&shy;че&shy;ния, главное — содержание этой истории''»<ref>{{book-en|Kees Versteegh|Landmarks in Linguistic Thought III: The Arabic Linguistic Tradition|13}}</ref>.
В первые годы правления {{вп|Аббасиды|‘Аббасидов}} Мукатиль, как и многие хорасанцы, мигрировал в иракские центры политической власти. Он поселился сначала в {{вп|Басра|Басре}}, а затем перебрался в {{вп|Багдад}}. Затем он вернулся в Басру, где он и умер в {{Из хиджры|150}} году<ref name="Хатиб" >{{book-ar|al-Khaṭīb al-Baghdādī|Taʾrīkh Baghdād|13/161-169}}</ref>. Преподавал в [[Мекка|Мекке]], [[Дамаск]]е и [[Бейрут]]е{{sfn|Plessner, Rippin|1993}}. {{вп|Абу Хатим ибн Хиббан}} (ум. {{изхи|354|965}}) перечисляет три возможные причины, по которым Мукатиль имел плохую репутацию: «''Он полагался на [[иудей]]ские и [[христиане|хрис&shy;тианские]] источники в своём тафсире Корана; он также был антро&shy;помор&shy;фистом, упо&shy;до&shy;бляв&shy;шим Аллаха Его творениями; и, кроме того, он подделывал [[хадис]]ы''»<ref name="Аскаляни" />. Последний фактор широко обсуждался в био&shy;графи&shy;ческих работах (''кутуб ар-риджаль''), предназна&shy;чен&shy;ных для оценки правдивости передатчиков хадисов. Сообщается, что он передавал хадисы от людей, которых он не встречал (Кальби, ад-Даххака и др.){{sfn|M. Sirry|2012|c=55}}. Сообщается, что однажды он расска&shy;зывал людям хадис от [[Муджахид ибн Джабр|Муджа&shy;хида ибн Джабра]], а затем один из присут&shy;ство&shy;вавших встал и сказал: «''Я Муджахид, но я тебя никогда не встречал!''» Не моргнув глазом, Мукатиль возразил: «''Это не имеет зна&shy;че&shy;ния, главное — содержание этой истории''»<ref>{{book-en|Kees Versteegh|Landmarks in Linguistic Thought III: The Arabic Linguistic Tradition|13}}</ref>.


Его [[память]] порочат рассказами о нелепых [[вопрос]]ах, которые были заданы ему о самых невозможных вещах, и на которые он давал либо фантастические ответы, либо не мог дать никакого ответа. Он часто ассоциируется с [[мурджииты|мурджи’итами]] в богословии и [[зейдит]]ами в [[политик]]е. Доказательств того, в чём обвиняли Мукатиля в его сохранившихся работах либо мало, либо нет вообще. В целом, его эк&shy;зе&shy;ге&shy;ти&shy;чес&shy;кая работа цитируется нечасто; [[ат-Табари]] вообще не использует его работы{{sfn|Plessner, Rippin|1993}}.
Его [[память]] порочат рассказами о нелепых [[вопрос]]ах, которые были заданы ему о самых невозможных вещах, и на которые он давал либо фантастические ответы, либо не мог дать никакого ответа. Он часто ассоциируется с [[мурджииты|мурджи’итами]] в богословии и [[зейдит]]ами в [[политик]]е. Доказательств того, в чём обвиняли Мукатиля в его сохранившихся работах либо мало, либо нет вообще. В целом, его эк&shy;зе&shy;ге&shy;ти&shy;чес&shy;кая работа цитируется нечасто; [[ат-Табари]] вообще не использует его работы{{sfn|Plessner, Rippin|1993}}.

Версия от 09:31, 5 марта 2020

Мукатиль ибн Сулейман
по-арабски: مقاتل بن سليمان
рождение: ок. 699, Балх, совр. Афганистан
смерть: 767, Басра, совр. Ирак
течение: суннизм
сочинения: Тафсир Мукатиль ибн Сулейман
теги: -
ключевые слова: Мукатил
см. также: ар-Рийахи, Суфйан ас-Саври, Ибн Кутайба

Абу аль-Хасан Мукатиль ибн Сулейман аль-Балхи — толкователь Корана, принадлежавший к поко­лению табиев («последователей»).

Биография

Родился в Балхе, на севере совре­мен­ного Афганистана, затем переехал жить в Мерв, где и же­нил­ся. Сооб­щается, что он был близким союз­ником Салима ибн Ахваза аль-Мазини, который был ко­мандующим армии последнего омейядского губер­натора в Хорасане Насра ибн Саййара (ум. 748). Салим назначил его своим пред­ставителем для пере­говоров с пред­водителем повстанцем аль-Харисом ибн Сурайджем (ум. 738)[1].

Его часто обвиняют в сектантских воззрениях, таких как антро­помор­физм (ташбих). Мусульман­ские биографы в целом согласны с тем, что Мукатилю приписывается «крайний» взгляд относи­тельно Божественных атрибутов до такой степени, что он утверждал, что Аллах имеет плоть и кровь. Некоторые биографы упо­минают сообщение о том, что его «край­ние» взгляды на атрибуты Аллаха дошли до халифа (возможно, аль-Мансура), и он спросил Мукатиля: «Я слышал, что ты упо­добляешь [Аллаха с атрибутами человека]». Мукатиль ответил: «Я только говорю: «Скажи: «Он – Аллах – один, ۝ Аллах – вечен;» [112:1-2], а тот, кто сказал, кроме этого, тот солгал»[2]. Неко­то­рые биографы отмечают, что в мечети Мерва были горячие бого­слов­ские дебаты между Мукатилем и Джахмом ибн Сафваном (ум. 746) относительно атрибутов Аллаха. Дебаты были настолько жаркими, что впоследствии каждый из них написал книгу с кри­тикой противополож­ной стороны. По­сколь­ку Мукатиль пользовался уважением в Хорасане и был близким союзником Салима, он смог изгнать Джахма из Бал­ха в Термез. Воз­мож­но, спор между Мукатилем и Джах­мом носил не только теологической, но и полити­чес­кий характер. В то время как Мукатиль пред­ста­в­лял на пере­говорах Салима, Джахм пред­ставлял аль-Хариса. В после­дующем сражении в 746 году Джахм был убит самим Сали­мом[3].

В первые годы правления ‘Аббасидов Мукатиль, как и многие хорасанцы, мигрировал в иракские центры политической власти. Он поселился сначала в Басре, а затем перебрался в Багдад. Затем он вернулся в Басру, где он и умер в 767 году[4]. Преподавал в Мекке, Дамаске и Бейруте[5]. Абу Хатим ибн Хиббан (ум. 965) перечисляет три возможные причины, по которым Мукатиль имел плохую репутацию: «Он полагался на иудейские и хрис­тианские источники в своём тафсире Корана; он также был антро­помор­фистом, упо­до­бляв­шим Аллаха Его творениями; и, кроме того, он подделывал хадисы»[2]. Последний фактор широко обсуждался в био­графи­ческих работах (кутуб ар-риджаль), предназна­чен­ных для оценки правдивости передатчиков хадисов. Сообщается, что он передавал хадисы от людей, которых он не встречал (Кальби, ад-Даххака и др.)[6]. Сообщается, что однажды он расска­зывал людям хадис от Муджа­хида ибн Джабра, а затем один из присут­ство­вавших встал и сказал: «Я Муджахид, но я тебя никогда не встречал!» Не моргнув глазом, Мукатиль возразил: «Это не имеет зна­че­ния, главное — содержание этой истории»[7].

Его память порочат рассказами о нелепых вопросах, которые были заданы ему о самых невозможных вещах, и на которые он давал либо фантастические ответы, либо не мог дать никакого ответа. Он часто ассоциируется с мурджи’итами в богословии и зейдитами в политике. Доказательств того, в чём обвиняли Мукатиля в его сохранившихся работах либо мало, либо нет вообще. В целом, его эк­зе­ге­ти­чес­кая работа цитируется нечасто; ат-Табари вообще не использует его работы[5].

Хадисоведение

Мукатиля обвиняют в том, что он не только передавал хадисы от людей, которых он не встречал, но и пред­лагал подделывать хадисы. Сообща­ется, что Мукатиль предложил ‘абба­сидскому халифу аль-Махди сфабри­ковать хадисы в его пользу, на что аль-Махди ответил: «Я не нуждаюсь в них»[4]. Также сообщается, что когда-то к Мукатилю пришёл человек и сказал, что его спросили о цвете собаки «лю­дей пещеры» (асхаб аль-кахф), но он не смог ничего ответить. Мукатиль сказал ему: «О, дурак, если бы ты сказал жёлтый или что-то ещё, кто бы опроверг те­бя»[4][2]. Для некоторых хадисо­ведов это утверж­дение указывает на то, что Мукатиль был не только «лжецом» (каз­заб), но и учил лгать. Его престиж в глазах хади­соведов очень низок, и поэтому его хадисы относились к категории «слабых» (да‘иф) и «опро­вергаемых» (матрук)[8]. Однако, ‘Абдуллах Саххата во введении к книге Мукатиля аль-Асхаб ва ан-назаир сообщает, что боль­шин­ст­во хадисов в его тафсире можно найти в авто­ритетных сборниках (Сахихах аль-Бухари и Муслима и Сунанах) и лишь изредка в нём можно найти слабые хадисы. Таким образом, хоть Мука­тиль и был известен в хадисо­веде­нии как «лжец», однако на его тафсире это не отразилось[9]. Хадисо­веды харак­теризо­вали его как пере­датчика, передача хадиса которого должна быть отвергнута (матрук аль-хадис) и чьё мнение должно игнорироваться (маджхуль аль-кавль) не только из-за того, что он был известен как «лжец», но и из-за его взгляда на атрибуты Аллаха[4].

Удивительно, но несмотря на этот широкий спектр обвинений тради­ционалистов (асхаб аль-хадис), ряд известных учёных восхваляют труды Мукатиля, особенно в области толкования Корана. Сообщается, что имам аш-Шафи‘и (ум. 820) сказал: «Люди, которые хотят изучать толко­вание Корана, должны в значи­тельной степени полагаться на Мукатиля ибн Сулеймана»[4]. Он сравнивает знание Му­ка­ти­ля в области тафсира с Абу Ханифой в фикхе и Зухайром ибн Абу Суллями в поэзии. Раби‘ ибн Сулейман передал следующие сло­ва аш-Шафи‘и: «Кто хочет учиться тафсиру, тот должен полагаться на Мукатиля; кто хочет учиться хадису, тот должен по­ла­гаться на Малика; и кто хочет изучать искус­ство диспута, тот должен пола­гаться на Абу Ханифу»[10]. Ахмаду ибн Ханбалю (ум. 855) был задан вопрос об Мукатиле и тот сказал: «Некоторые из его работ оспа­риваются, но я сам вижу, что он обладает зна­ни­я­ми в Коране»[4]. Хам­мад ибн Абу Ханифа (сын Абу Хани­фы), как сообщается, восхваляет Мукатиля как более знающего, чем Каль­би[10]. Известный историк Йусуф аль-Миззи (ум. 1341) начинает свою биографическую заметку о Мукатиле, упоминая имена тех, от кого Мука­тиль передавал знания и тех, кто передавал от него знания. Он также предоставил длинный список тех, кто хвалил Му­ка­тиля либо за его благо­честие, либо за его знания в тафсире. Очевидно, что те учёные, которые восхищались произ­веде­ниями Му­ка­тиля, не могли реко­мендо­вать людям полагаться на тафсир Му­ка­тиля, не зная его содер­жания[11].

Стоит отметить, что некоторые био­графические работы, в которых упо­ми­наются эти обвинения, также упоми­нают некоторые воз­мож­ные причи­ны осуждения Мукатиля хадисо­ведами. Ибн Хаджар аль-Аскаляни и аль-Хатиб аль-Багдади сообщают историю, согласно которой аль-Касим ибн Ахмад ас-Саффар спросил Ибрахима аль-Харби: «Почему люди осуждают Мукатиля?» Ибрахим ответил: «Из-за зависти к ним (хаса­дан минхум)»[4][2]. Йахйа ибн Шибль также сообщил, что его спросил ‘Уббад ибн Касир: «Что предо­с­те­регает вас от Мукатиля?» ‘Уббад сказал: «Нет, у нас нет ненависти к нему. Никто не знает о Книге Аллаха больше чем он»[10].

Мукатиль считается одним из осново­положников таких важнейших на­прав­лений мусульманской экзе­ге­ти­ки, как:

  1. повествовательное (нарра­тив­ное), в котором толко­вание при­водится в виде после­дова­тель­ного рассказа;
  2. символико-аллегорическое (та’­виль);
  3. лексико-грамматическое (аль-ахзаб ва н-назаир фи-ль-Кур’ан аль-Карим);
  4. направление, связанное с нуж­дами правоведения (Китаб таф­сир аль-хамс ми’ат айа мин аль-Кур’ан аль-Карим).

Помимо большого тафсира, Мукатилю приписываются сочинения, посвя­щённые толкованию групп аятов (руку‘) и сур, обстоя­тель­ст­вам нис­посла­ния Корана (асбаб ан-нузуль), одно из первых сочинений об «от­ме­няющих и отменённых» аятах (ан-насих ва-ль-мансух), случаям омо­нимии (одинаковых по звучанию и написа­нию, но разных по значению слов) и поли­семии (многозначных слов) в Коране (аль-вуджух ва-н-наза‘ир), а также антикадаритский трактат[12].

Толкование Корана

Хотя в ряде современных работ подвергается сомнению авторство Мукатиля в отношении боль­шого тафсира (Тафсир Мукатиль ибн Сулейман в 5 т., Каир, 1979—1988), в большинстве слу­чаев и с соот­ветству­ющими оговорками текст этого сочинения исследуют как аутен­тичный, на ос­но­вании чего делают выводы о вкладе Мукатиля в историю развития мусульманской экзегети­ки. Очевидно, что припи­сываемый Мука­тилю тафсир, пре­терпел в про­цессе передачи некото­рую пере­работку. Так, сомнение вызывает уже само упот­ребле­ние в названии сочинения тер­мина таф­сир. При анализе сочи­нения обращает на себя внима­ние неразра­ботанность терми­нологи­че­ского аппарата и множество параллелей с аль-Муватта Малика ибн Анаса или Сирой Ибн Ис­ха­ка и Ибн Хишама[13].

В среде рассказчиков (к̣ус̣с̣ас̣), из кото­рой вышел и сам Мукатиль, быто­вало множество историй, восхо­дящих к кругу иудео-христиан­ских легенд и преданий (исра­илий­йат), широко используе­мых автором в своём тафсире. «Рассказы о пророках» (к̣ис̣ас̣ аль-анбийа) значительно дополняли коранические сказания, не оставляя, в частности, анонимным ни один упомянутый в Коране пер­со­наж. Их широкое использование позволило впослед­ствии говорить, что Мукатиль «собирал на­род­ные толкования» (джама‘а тафсир ан-нас)[13].

Тафсир Мукатиля привлекает вни­мание учёных, возможно, потому, что это самый ранний таф­сир, сохра­нив­шийся до наших дней. Тафсир Мука­тиля уникален тем, что он написан до установления мусуль­ман­ской орто­доксии и раз­ви­тия грамма­тичес­кой доктрины Сибавайха. Неудиви­тельно, что многие западные учёные ис­поль­зуют его тафсир в качестве уни­кального источника информации по раз­личным темам. Вероятно, тафсир Мукатиля является самым старым полным опублико­ван­ным коммен­тарием, сохранившемся в хорошем состоянии. Мукатиль отно­сится к поколению тех толко­вате­лей, чьей главной целью было объяснение текста Корана простым верующим. В большинстве случаев он снабжает толкованием и поясне­ниями слова или выражения, которые читателю трудно сразу понять. При объяснении одних аятов Корана он прибегает к помощи других аятов. Этот тип тол­ко­вания стал известен как «толко­вание Корана Кораном» (тафсир аль-Кур’ан би-ль-Кур’ан). Мукатиль иногда пере­фрази­рует пред­ложения сво­и­ми сло­ва­ми, а также предо­ставляет по­дроб­ную инфор­мацию, чтобы увлечь любо­пытного читателя[14].

Одной из самых ярких характеристик тафсира Мукатиля является то, что он почти ничего не оставил необъ­яснён­ным. В тафсире опи­са­ны все детали и расплывчатые намёки. Ничто и никто не остаётся в тафсире Мукатиля анонимным. Возможно, самым абсурдным при­мером такого рода толкования является то, что он, очевидно, со всей серьёзностью, предлагает информацию о том, что муравьиха, упо­мянутая в истории пророка Сулеймана (Соломона) (мир ему) [27:18], имела имя аль-Джарми[15], а кличка собаки «людей пещеры» (асхаб аль-кахф) [18:18] была Китмир[16]. О создании небес и земли за шесть дней [10:3] он говорит, что Бог (Аллах) со­тво­рил небеса в вос­кре­се­нье и поне­дель­ник, землю во вторник и среду, а всё, что между ними в четверг и пят­ни­цу[14].

Возможно, Мукатиль был хорошо информирован как о жизни пророка Мухаммада ﷺ, так и предыдущих пророков, упомянутых в Библии. Очевидно, он имел в своём распо­ряжении иудейские и христиан­ские источники (исра­илий­йат), и одним из пунктов критики было то, что он полностью им доверял. Мусуль­ман­ские учёные часто рассмат­ривают активное исполь­зование Мукатилем иудейских преданий как один из самых очевид­ных недостатков (‘айуб) его тафсира[17].

Поскольку ряд теологических вопро­сов ещё не были полностью установ­лены ко времени написания тафсира, в его тафсире имеется то, что должно было удивить более поздних орто­док­саль­ных мусульманских учёных. Мукатиля, по-видимому, не интере­совали некоторые вопросы, которые для последующих поколений тол­ко­ва­телей стали предметом жарких спо­ров. Он, например, он без всяких коле­баний размышляет об ино­стран­ных словах в Коране. Мукатиль утверж­дает, например, что упомина­емое в Коране слово к̣ист̣а̄с [ар. قسطاس‎; 17:35; 26:182], происходит от гре­чес­ко­го слова «весы» (мизан)[18], истабрак̣ Шаблон:Hqa7[19] от персидского «парча» (ди­бадж)[20], слово йамм Шаблон:Hqa7[21] от еврейского «море» (бахр)[22], а слово таха от сирийского «О человек» (я ра­джуль)[23]. Для некоторых орто­доксальных мусульманских учёных, которые полагали, что Коран является буквально произносимым Словом Бога, невозможно было признать, что Коран может содержать какие-либо заимствования или неологизмы, поскольку это оз­на­ча­ло бы изменение божественности. Поэтому они приложили немало усилий, чтобы доказать, что слова, подобные к̣ист̣а̄с и иста­б­рак̣ име­ют арабские корни или, по крайней мере, то, что эти слова уже существовали в до­ислам­ской арабской поэзии[24].

Французский исламовед Клод Жиллио (Claude Gilliot) утверждает, что замечания Мукатиля по некоторым библейским персонажам были сделаны до периода развития учения о непогрешимости (‘исма) пророков. Его обсуждение мыслей пророка Йусуфа (Иосифа) (мир ему) в аяте 12:24, поведение пророка Давуда (Давида) (мир ему) с Вир­савией и история пророка Сулей­мана (Соломона) (мир ему) и статуи, например, показывают ту свободу толкования, которой не было у мусульманских учёных более позднего периода[25]. Другой пример касается значения антро­помор­фных отрывков в Коране, которые перефразируются Мукатилем так же, как и другие аяты. Похоже, что он воо­б­ще не имел проблемы с бук­валь­ной или мета­фори­ческой интер­прета­цией таких аятов[24]. Жиллио замечает: «Недавно опублико­ван­ные комментарии Мукатиля дей­стви­те­льно показывают следы антро­помор­фного мышления, хотя и не в той мере, в какой это ему при­пи­сы­ва­ет­ся»[26].

Антропоморфизм

В этом разделе рассматриваются толкова­ния Мукатиля антро­поморф­ных выражений в Коране. Во-первых, Коран описывает Бо­жест­вен­ные атрибуты Бога интересным образом. С одной стороны, в Коране говорится, что нет ничего, что было бы равным Богу [112:4], и что Он не имеет по­доб­ного [42:11], но, с другой стороны, Аллах описывается как имеющий Лик, Руки и Глаза, а также говориться о «сиде­нии/воз­несе­нии» (истава) на Троне и испытании Им чувств. В хадисах пророка Мухаммада ﷺ также имеются упоминания о Руках Ал­ла­ха, Лике и т. д. Удивительно то, что хотя это довольно умеренное применение антро­поморфизма Кораном по сравнению, например, с Библией, мусульмане озадачились исполь­зованными Кораном Божест­венными аналогами чело­веческой природы. Первый вопрос, который приходит в голову: как правильно рассматривать них? Должны ли они восприниматься буквально или они требуют образного или мета­фори­чес­кого толкования, или возможна какая-либо проме­жуточная позиция? Обсуждение Мукатилем антро­по­мор­ф­ных выражений в Коране является сложным в том смысле, что, хотя он, вероятно, прини­мает их по достоинству, он также ин­тер­пре­ти­рует их алле­гори­чески. Мукатиль толкует антро­поморф­ные аяты по-разному в соот­ветст­вии с различными кон­текс­та­ми[27].

Лик Божий

Среди стихов, используемых антро­поморфистами (мушаббихун) для поддержки их взглядов, является выражение ваджхуху («Его Лик») или ваджх Раббика («лицо вашего Гос­пода») и другие подобные выра­жения, которые применяют к Аллаху слово «лицо». Для «крайних» антро­помор­фистов слово ваджх («лицо») следует понимать как орган тела, подобный нашему лицу. Для антро­помор­фистов вообще слово ваджх следует вос­при­нимать буквально, чтобы обоз­начить атрибут (сифа), относя­щийся к Сущ­ности Бога, «не спраши­вая как» (би-ля кайф)[28]. Му‘тазилиты, отри­цавшие упо­доб­ление Аллаху (ташбих), толкуют ваджх мета­фори­чески как Сущность Бо­га[29]. Позиция Мукатиля по этому вопросу, как и по другим вопросам антропо­морфных выра­жений, не является монолитной в том смы­с­ле, что он интер­претирует их мета­фори­чески в одном месте и бук­валь­но в другом. Ниже приведены цитаты из Корана и тол­ко­ва­ния Му­кати­ля[30].

  • «И удерживай себя вместе с те­ми, которые взывают к Гос­поду своему по утрам и по вечерам, желая Лика Его!» [18:28] — сво­ими молитвами и постами они ищут Лик своего Бога[31];
  • «И не моли наряду с Аллахом другого бога. Нет бога, кроме Него! Всякая вещь гибнет, кроме Его Лика.» [28:88] — Аллах го­во­рит, что все живые существа умрут и делает исключение для Себя говоря, что Всевышний Аллах живёт вечно и не умрёт. По­это­му Аллах сказал: «кроме Его Лика», что означает — «кроме Него»[32];
  • «Мы ведь кормим вас ради Лика Аллаха; не желаем мы от вас ни воздаяния, ни благодарности!» [76:9] — для удовлетворения Всевышнего Аллаха[33];
  • «И нет ни у кого перед ним ка­ко­го-либо блага, которое долж­но быть (ему) возмещено, ۝ а толь­ко из стремления к Лику Гос­по­да его Высочайшего.» [92:19-20] — Высочайший над Его творе­ни­ями[34].

В приведённых выше отрывках представлены все диапазоны подхода Мукатиля к кораническим аятам, касающихся Божьего Лика. Он либо использует образную интер­претацию, либо воспринимает её буквально, но в большинстве случаев он оставляет этот термин не­объ­яс­нён­ным. У Мукатиля нет единой методики толкования Корана. Его методика заключается в следовании за текстом и объ­яс­не­нии всего, что может быть непонятно читателю. Мукатиль интер­претирует йуридуна ваджхаху [18:28], как «поиск Божьего Лика» так же, как он толкует аят 6:52, но не объясняет ту же самую фразу в аяте 30:38. В толковании аята 28:88 он использует такой же образный метод, как и му‘тазилиты, то есть толкуя илля ваджаху как илля Хува («кроме Него»). Этот же метод он применяет в аяте 2:115, толкуя выражение «куда бы вы ни обратились, там Лик Аллаха» как «там есть Аллах». В этом контексте метод Мукатиля, очевидно, соответ­ствует му‘тазилитскому, который утверждает, что Лик Бога указывает на Его Сущность. Му‘тазилиты отвергали то мнение, что у Бога есть «лицо», основанное на аргументе Единства Аллаха. Бог Един и не имеет частей, поэтому немыслимо наличие у Него какой-либо части. Толкование аята 76:9 ясно показывает, что Мукатиль, толкующий Божий Лик мета­фори­чески как мард̣а̄т Аллах («удов­лет­воре­ние Бога»), не был антро­по­мор­фистом, тем более «крайним». Толко­вание аята 76:9 показывает, что Мука­тиль в некоторых случаях во­об­ще не объясняет смысл выражения «Лик Аллаха», пропуская его. Такой же подход был применён в толковании аятов 2:272 и 13:22[35].

Глаза Бога

В Коране пять раз встречается упо­минание «глаз» (‘айн) и «глаза» (а‘йӯн) в отношении Аллаха. Толко­ватели по-разному интер­пре­ти­руют Глаза Ал­ла­ха в соответствии с их тео­логичес­кой ориентацией. Му‘та­зилит­ский толкователь Корана аз-Замахшари (ум. 1144) тол­кует кора­ничес­кое выражение: «И по­строй­те ковчег перед Нашими Гла­за­ми» [11:37; 23:27], в смысле «под Нашей защитой и ру­ко­водством, как если бы с ним были стражи Аллаха, которые наблюдали бы за ним своими глазами, чтобы никто не уничтожил его ра­бо­ту»[36]. Ханбалитский тради­ционалист (асхаб аль-хадис) аль-Кади Абу Йа‘ля (ум. 1066) говорит, что «Бог приписал Себе два Гла­за…. Это два атрибута, до­бав­ленные к зрению и видению»[28]. По вопросу о Божьем Глазе, Мукатиль пред­ставляет слож­ную точку зре­ния, с одной сто­роны воспринимая Глаза Аллаха бук­валь­но, а с другой интер­претируя их мета­форически[35].

  • «И сделай ковчег пред Нашими Глазами и по Нашему внушению и не говори со Мной о тех, которые совершали злодеяние: по­ис­тине, они будут потоплены!»» [11:37] — «пред Нашими Глазами» озна­чает: перед Нашим Знанием; «по Нашему внушению» — как то, что Мы приказали вам[37];
  • «И Я одарил тебя Своей любовью, и чтобы тебя взрастили перед Моими Глазами.» [20:39] — «что­бы тебя взрастили перед Моими Глазами» озна­чает: когда сундук был брошен на море, и когда он был найден, и когда он был вскормлен, всё это было перед Глазами Аллаха[38];
  • «плыл он перед Нашими Глазами как воздаяние тому, кого от­верг­ли» [54:14] — «плыл он пе­ред На­шими Глазами» озна­чает: ко­ра­бль идёт по воде перед Глаза­ми Аллаха[39].

Из приведённых выше отрывков мы можем лучше понять, насколько сложным является подход Мукатиля к антро­помор­фным от­рыв­кам в Коране. Первый пример ясно показывает, что он использует образный метод для интер­претации выражения «пред Нашими Гла­за­ми» как «перед Нашим Знанием». Мукатиль делает акцент на взаимодействии между «Божьим Знанием» и «Божественным при­ка­зом» говоря: «таким образом охра­нять Нуха (Ноя) (мир ему) при строи­тель­стве ковчега». Однако послед­ние две цитаты, по-видимому, пред­по­лагают, что Мукатиль не использует мета­форическое толко­вание Глаз Аллаха. Следует отметить, например, что последняя ци­та­та связана с первой и относится к истории пророка Нуха (мир ему), которому Аллах поручил построить ковчег, чтобы спасти свою семью и жи­вот­ных от большого потопа. Именно в этом контексте фраза «пред Нашими Глазами» встречается в обоих стихах. Мукатиль мета­фо­ри­чески истолковал выра­жение «пред Нашими Глазами» в первом аяте и, возможно, по этой причине не стал вновь толковать это вы­ра­же­ние во втором случае[40].

Божья Рука

В этой категории есть следующие аяты:

  • «И сказали иудеи: «Рука Аллаха прикована!» Это у них руки при­кованы, и прокляты они за то, что сказали. Нет! Обе Руки Его распро­стёрты: расходует Он, как желает.» [5:64] — «Рука Аллаха прикована!» означает огра­ничен­ность … «Обе Руки Его распростерты: расходует Он, как желает» означает, что если бы Аллах пожелал, то увеличил бы для них пропитание[41];
  • «Разве они не видели, что Мы сотворили для них, из (числа) тех (творений), что сделали Наши Руки, скот, и они им владеют?» [36:71] — Наша работа — (живот­ные) верблюды, коровы и овцы, они контролируют их[42].
  • «Рука Аллаха – над их руками.» [48:10] — «Рука Аллаха» озна­чает, что Аллах соблюдает Своё обещание предоставить им всё, что для них является бла­гом[43].

В своей книге аль-Асхаб ва ан-назаир Мукатиль объясняет три различных значения Руки. Во-первых, Рука понимается антро­помор­фно как «сама Рука» (аль-Йад би-‘айниха), например, в аяте «Сказал Он: «О, Иблис! Что удержало тебя от поклонения ниц пред тем, кого Я сотворил Своими Руками?» [38:75], «Своими Руками», по словам Мукатиля, означает — «Рука Милостивого — самая высокая. Он создал Адама (мир ему) Своей рукой». Мукатиль далее объясняет, что «Аллах сотворил Адама Своей Рукой, которой Он держал (кабад̣а) не­беса и землю». В аяте 5:64 он интер­претирует выра­жение «Обе Руки Его распро­стерты» как «саму Руку». Во-вторых, рука по­ни­ма­ет­ся как метафора в смысле обес­печения пропитания, а не настоя­щей руки как в аяте 5:64. Мукатиль интер­претирует этот аят как оз­на­ча­ю­щий, что «они сказали: Аллах удержал Свою Руку от обес­пече­ния пропитания для нас, поэтому про­питание не было увеличе­но, как это было во времена сынов Изра­илевых». В-третьих, Рука означает «действие/работа» (амаль). Мукатиль упоминает в этой ка­те­го­рии аят 36:71 и 48:10. Он объясняет смысл аята 48:10 следующим образом: «Щедрые действия Аллаха для них лучше, чем их дей­ствие в присяге (байа) в день аль-Худайбийи»[44]. Сравнение между аль-Асхаб ва ан-назаир и его Тафсиром по этой теме показыва­ет про­ти­во­речивость взгля­дов Мукатиля. Он мета­фори­чески толкует некоторые антро­помор­фные выражения в аль-Асхаб ва ан-назаир и не объ­яс­няет их в Тафси­ре[45].

Сиденье на Божьем Троне

В Коране упоминается двадцать два раза Трон (‘арш) Бога, из которых семь случаев связаны с Божьим «сидением» на Троне. Вообще Коран изображает Бога, создавшего небеса и землю, «сидя» на Своём троне и управляя вселенной. Но, как будет видно позже, Мука­тиль считает верным обратный порядок, говоря: «Он „сидит“ на Троне, прежде чем сотворить небеса и землю». Образы Бога, «сидя­ще­го» на Троне, были в центре внимания мусульманских богословов, поскольку он поднимает вопрос о том, следует ли толковать Ко­ран буквально, и если да, то в какой степени. В буквальном смысле текст вызывает в вооб­раже­нии антро­помор­фные картины Бога: есть Трон и есть Бог, который сидит на нём и т. д. В мета­фори­ческом виде текст утверж­дает Божественную власть и транс­цендент­ность[46]. Аз-Замахшари объясняет «Божье сидение на Троне» как образный эквивалент выражения «он Царь» (кинайах ‘ан аль-Ма­лик)[47].

Позицию Мукатиля по этой теме можно представить двумя цитатами:

  • «Поистине, Господь ваш – Аллах, Который создал небеса и землю за шесть дней, а затем «сел» на Трон, управляя делом.» [10:3] — «за шесть дней, а затем „сел“ на Трон», в этом аяте есть такдим («заранее»), «затем „сел“ на Трон», тогда Он со­тво­рил небеса и зем­лю[48];
  • «Милостивый – Он «сел» на Трон» [20:5] — такдим («заранее») до сотворения небес и земли, что оз­начает: «Он прожи­вал/по­селил­ся»[49].

Хотя смысл выражения «Аллах сидит на Троне» был источником споров на протяжении всей истории ислама, Мукатиль касается этого вопроса вскользь. Среди семи аятов, посвя­щённых «сидению на Троне», он даёт объяснение только одному [10:3], в котором он ут­вер­ждает, что смысл истава̄ (ар. إسْتَوَى‎) — это истакарра (ар. إِسْتَقَرَّ‎ — «поселяться», «обос­новы­ваться», «усесться», «утвердиться»). Не­смо­тря на то, что в Коране «сидение на Троне» идёт после сотворения небес и земли, Мукатиль отменяет логический порядок дей­ствий и на­стаивает на том, что Аллах «сидит» на Троне прежде сотворения вселен­ной[50]. Мукатиль использовал техни­ческий тер­мин такдим в его перво­началь­ном понимании «ставить одно перед другим», в то время как у более поздних грамматистов он ис­поль­зуется только в смысле «пере­став­лен­ного порядка в пред­ложе­нии»[51].

Трудно установить причину, по которой Мукатиль изменил порядок сотворения вселенной и «сидения на Троне». Анализ всех семи аятов о «сидении» показывает, что Аллах «сел на Свой Трон» после сотворения небес и земли. Одна из возможных причин этого — его понимание аята 11:7, в котором, хоть и не явно, подра­зумева­ется создание Трона до сотворения небес и земли: «И Он – Тот, Который сотворил небеса и землю за шесть дней, и был Его Трон (до этого) на воде, чтобы испытать вас, кто из вас лучше по деяниям.»[52]. Другой воз­мож­ной причиной было то, что Мука­тиль тем самым хотел опро­вергнуть утверждение иудеев о том, что после работы над созданием вселенной с воскресенья по пятницу Бог «обло­котился на Трон», чтобы отдох­нуть в субботу. Таким образом Мукатиль го­ворит, что Аллах «сидел на Троне» перед созданием вселенной и оста­вал­ся на Троне после создания небес и земли[53].

В вопросе того, как Бог «сидит» на Тро­не, Мукатиль использует для иста­ва слово истикра̄р (ар. إِسْتِقْرَارٌ‎). Веро­ятно, данное понимание «сиде­ния» Аллаха на Троне стало причи­ной того, что его называли антро­помор­фистом. Однако, его нельзя назвать «крайним» антро­поморфистом, поскольку он не объ­яс­няет то, как Аллах «обосновался» или «утвердился» на Троне. Факти­чески, он рассматривает этот вопрос и другие аналогичные, почти так же, как и орто­доксаль­ные мусульмане, которые обвиняли Мукатиля в том, что он про­являл «крайние» взгляды на атри­буты Бога. И Мукатиль, и орто­доксаль­ные мусульмане рас­сматри­вают этот во­прос, используя формулу би-ля кайфа («без [вопроса] как»). Эта док­трина обычно связывается с Маликом ибн Анасом (ум. 795), который, как сооб­щается, на вопрос о том, как Мило­сти­вый «сел» на Трон [20:5] сказал: «истава („си­дение“, „возне­сение“) [в отно­шении творе­ний] не является не­из­ве­ст­ным, „как?“ [в отно­шении Аллаха] немыслимо, спрашивать об этом новшество, вера в него обя­за­тель­на» (иставауху ма‘люм ва аль-кайф минху гайри ма‘куль ва аль-суаль ‘анху бид‘а ва аль-иман бихи ва­джиб)[53].

В заключении можно сказать, что Мукатиль имеет разные пред­ставле­ния, касающиеся антро­поморф­ных выражений в Коране. Его мож­но назвать антро­поморфис­том в вопросе о том, как Бог «сидит» на Троне. Он также склоняется к антро­помор­фным интер­пре­та­ци­ям в вопросе Божест­венного Престола (Курси) [2:255], Его правой стороны или Руки (Йамин) [39:67], и ви́дение Бога в будущем [75:23]. Му‘та­зи­ли­ты связали по­след­ний вопрос с антро­помор­физ­мом, утверждая, что, поскольку Бог не является ни телом, ни акци­ден­цией (‘а̄рад̣), Его нельзя увидеть ни в этом мире, ни в будущем. Если Бог есть тело, как утверждают антро­помор­фисты, то Его мож­но будет увидеть[54]. Божий Лик, Глаза и Руки Мукатиль интер­претирует образно в одном месте и антро­помор­фно в другом[55].

Возможные причины обвинения в антропоморфизме

Вышеприведённое исследование толкования Мукатиля ставит под сомнение обвинение его в «крайнем» антро­помор­физме. Его об­ви­ня­ли в «крайнем» антро­помор­физме как мутакаллимы, так и мухаддисы, несмотря на то, что сам он отрицал такие обвинения, а его тол­ко­ва­ние антро­помор­фных отрывков пока­зывает, что он не является сторон­ником «крайнего» антро­помор­физма. Обвинения стро­ят­ся не на его собственных работах, а на цитатах ранних богословов. Например, Абу аль-Хасан аль-Аш‘ари (ум. 935) в своей книге Ма­калат аль-ислямиййин приписывает Мукатилю следующее утверждение: «Бог есть тело, с телом в человеческом виде: плоть (лахм), кровь (дамм), волосы (ша’р), кости (‘азм), он имеет конечности (джава­рих) и органы (а‘да’), включая руку (йад), ногу (риджль), рот (ли­сан), голову (ра’с) и два глаза (айнани); вместе с тем Он не похож на других, а другие не похожи на Него»[56]. Ве­ро­ят­но, аль-Аш‘ари взял это утверждение со слов своих современников, а не из произведений самого Мукатиля. Мутаххар ибн Тахир аль-Макдиси (ум. 966) писал: «Мукатиль ибн Сулейман утверждал, что Бог есть тело из тел (джасм мин аль-аджсам), плоть, кровь; рост Его, как и рост человека, равен семи собственным пядям»[57]. Ибн Хазм (ум. 1064) высказал анало­гичную точку зрения: «Мукатиль говорил, что Бог есть тело, плоть и кровь в чело­вечес­кой форме»[58]. Нашван ибн Са‘ид аль-Химйари (ум. 1178) припи­сы­ва­ет Мукатилю вы­с­ка­зы­ва­ние, которое, по-видимому, является причиной его антро­поморф­ного взгляда: «потому что мы не можем видеть что-то, отмеченное слу­хом, зрением, пониманием, знанием, жизнью и силой, если это не является плотью и кровью (илля ма кана ляхман ва даман)»[59][60].

Тот факт, что эти утверждения содер­жатся в работах по каламу, пред­став­ляет собой ещё одну проблему, так как такие выска­зывания исходят от богословов, которые не согласны со взглядами Мукатиля. В работах по каламу можно найти необоснованную критику про­тивника, или припи­сывание оппоненту вещей, которые он не говорил для того, чтобы от­пуг­нуть людей от него. Обвинение в антро­помор­физме, как указывает Абра­хамов (Abrahamov), «вероятно, было эффективным оружием в исламской богословской борь­бе»[61]. Йозеф ван Эсс (Josef van Ess) также признаёт сложность характеристики Мукатиля в ересиографических работах и отсут­ст­вие каких-либо оригинальных текстов, дока­зываю­щих «крайний» антро­помор­физм Мукатиля[62][60].

Стоит отметить, что нет био­графи­ческих работ или истори­ческих документов, которые когда-либо приписывали Мукатилю антро­поморфные взгляды. Даже в работах по каламу нет единой позиции по отношению к Мукатилю, так как существуют произведения, которые по-разному изображают его взгляды на атрибуты Бога. Абу аль-Фатх аш-Шахрастани (ум. 1153) в своей книге аль-Милаль ва ан-Нихаль ставит Мукатиля в один ряд с Маликом ибн Анасом по вопросу об атрибутах Бога и называет его среди имамов саляфов (бла­гочестивых мусульман ранних поколений). Аш-Шахрастани говорит: «Что касается Ахмада ибн Ханбаля, Давуда ибн ‘Али аль-Ис­фахани и группы наставников последова­телей перво­началь­ного учения, то они пошли по пути предшест­вовавших им по­сле­дова­телей перво­началь­ного учения из числа „сторонников предания“ (асхаб аль-хадис), таких, как Малик ибн Анас и Мукатиль ибн Су­лей­ман»[63]. Мухам­мад ибн ‘Али ад-Давуди (ум. 1538) признаёт, что «Мукатиль был опо­рочен (лутиха) антро­помор­физ­мом, несмотря на то, что среди сосу­дов знаний в тафсире он был подо­бен океану»[64][65].

Ибн Таймиййа (ум. 1328) попытался подвергнуть сомнению обвинения, выдвинутые в адрес Мукатиля. Он, например, подвергает со­мнению характеристику аль-Аш‘ари Мукатиля по двум причинам. Во-первых, аль-Аш‘ари приписывает утверждение «Бог есть плоть, кровь …» как Мука­тилю, так и Давуду аль-Джава­риби. По словам Ибн Таймиййи, проблема в том, что Давуд аль-Джавариби, как из­ве­стно, высказал это утверждение, а Мукатиль сказал, что «только Бог знает правду о Своём положении». Иными словами, ха­рак­те­рис­тика аль-Аш‘ари не является надёжным источ­ником, из которого можно с уверен­ностью приписать это заяв­ление Му­ка­ти­лю. Во-вторых, Ибн Таймиййа предполагает, что аль-Аш‘ари взял эти слова из трудов му‘тазилитов, в ко­то­рых слова Мукатиля были сфаль­си­фици­рованы. Он считает, что му‘тазилиты могли добавить что-то к словам Мукатиля, либо получить эти слова от не­на­дёж­ных лиц. Поэтому позицию Ибн Таймиййи в отношении Мука­тиля можно назвать «уме­рен­ной»: «Мукатиль не является на­дёж­ным в хадисе, но он, несомненно, надёжен в своих знаниях о толковании Корана и в другом»[66]. Одним из самых ранних учёных, ос­но­вы­вавших свои ком­мента­рии Корана на трудах Мукатиля, был шафи‘итский правовед Абу аль-Хусейн Мухаммад ибн Ахмад аль-Мульти (ум. 987). Он, например, использовал термин такдим в отношении «Божьего сидения на Троне»[67], однако он ничего не сказал об обвинениях в ан­т­ро­помор­физме. Бадр ад-дин аз-Заркаши (ум. 1392), является ещё одним известным учё­ным-корано­ведом, который поль­зо­вался тру­да­ми Мукатиля и часто упоминал его имя[68][69].

Даже если согласиться с тем, что Мукатиль имел какие-либо антро­поморфные взгляды, тот факт, что его основные работы, сохранив­шиеся до наших дней, представляют его в ином свете, нуждается в дополнительных объяснениях. Одно из возможных объяснений за­клю­чается в том, что Мукатиль сделал эти заявления в ранние годы жизни, а затем изменил свою позицию. Другая возможная при­чи­на состоит в том, что те труды, в которых он утверждал антро­поморф­ность Бога были утеряны, либо он говорил об этом во время сво­их дебатов с Джахмом и не записал это в своих работах. Действительно, некоторые учёные предпочитают последнее объяснение. Ах­мад Амин (ум. 1954), например, утверждает, что «край­ность» Мукатиля была ответом на «край­ность» Джахма и му‘та­зи­ли­тов в от­ри­цании атрибутов Бога[70]. Абу Ханифа сравнивал «крайнее» положение Джахма, отрицавшего атрибуты Бога с другой «край­но­с­тью» Му­ка­ти­ля, подт­вержда­вшего антро­поморф­ность Бога[8]. Если Мукатиль действительно делал антро­поморф­ные заявления во вре­мя дис­пу­та с Джахмом, то это должно было про­и­зой­ти в начале его жизни, по край­ней мере, до 746 года, когда умер Джахм[69].

Таким образом, можно сказать, что Мукатиль не был «крайним» антро­поморфистом. В ряде случаев он даёт мета­фори­ческую ин­тер­пре­та­цию антро­поморф­ных отрывков Корана, в то время как в других случаях он интер­претирует их буквально или вообще не даёт объяснений. Причи­ной недоброжелательного отноше­ния к Мукатилю, вероятно, послу­жило то, что он был «слишком близок» к по­ли­ти­чес­кой власти Халифата, которую, как правило, избегали большинство теологов и традиционалистов. С другой стороны, бого­слов­ские взгляды Мукатиля в определённой степени открывает возможность для влияния других религиозных общин (иудеев и хрис­ти­ан). В своём тафсире он в значи­тельной степени полагался на библей­ские рассказы и открыто при­з­на­вал наличие в Коране ино­ст­ран­ных слов. Данные факты явля­ются допол­нитель­ными пунк­та­ми кри­тики Мука­тиля как тео­лога и толко­ва­те­ля Кора­на[71].

Примечания

  1. ↑ M. Sirry, 2012, с. 53.
  2. ↑ 2,0 2,1 2,2 2,3 Ibn Ḥajar al-ʿAsqalānī, Tahdhīb al-tahdhīb. — 10/280-284. (ар.)
  3. ↑ M. Sirry, 2012, с. 54.
  4. ↑ 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4 4,5 4,6 al-Khaṭīb al-Baghdādī, Taʾrīkh Baghdād. — 13/161-169. (ар.)
  5. ↑ 5,0 5,1 Plessner, Rippin, 1993.
  6. ↑ M. Sirry, 2012, с. 55.
  7. ↑ Kees Versteegh, Landmarks in Linguistic Thought III: The Arabic Linguistic Tradition. — 13. (англ.)
  8. ↑ 8,0 8,1 S̲h̲. al-Ẕahabī, Tarīkh al-Islām. — p. 641. (ар.)
  9. ↑ M. Sirry, 2012, с. 57.
  10. ↑ 10,0 10,1 10,2 al-Mizzī, Tahdhīb al-kamāl. — 28/436-440. (ар.)
  11. ↑ M. Sirry, 2012, с. 58.
  12. ↑ Е. Резван, 1994, с. 44.
  13. ↑ 13,0 13,1 Е. Резван, 1994, с. 45.
  14. ↑ 14,0 14,1 M. Sirry, 2012, с. 61.
  15. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 3/299.
  16. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/578.
  17. ↑ M. Sirry, 2012, с. 62.
  18. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/530.
  19. ↑ см. также Коран: 55:54; 76:21.
  20. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/584.
  21. ↑ см. также Коран: 20:97; 28:40; 51:40.
  22. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/59.
  23. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/20.
  24. ↑ 24,0 24,1 M. Sirry, 2012, с. 63.
  25. ↑ Cl. Gilliot, 1991, с. 70-72.
  26. ↑ Cl. Gilliot, 2002.
  27. ↑ M. Sirry, 2012, с. 64.
  28. ↑ 28,0 28,1 Abū Yaʿlā, Kitāb al-Muʿtamad fi uṣūl al-dīn. — p. 51. (ар.)
  29. ↑ M. al-Zamak̲h̲sharī, al-Kas̲h̲s̲h̲āf. — 4/531. (ар.)
  30. ↑ M. Sirry, 2012, с. 65.
  31. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/582.
  32. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 3/360.
  33. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 4/525.
  34. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 4/723-724.
  35. ↑ 35,0 35,1 M. Sirry, 2012, с. 67.
  36. ↑ M. al-Zamak̲h̲sharī, al-Kas̲h̲s̲h̲āf. — 4/226. (ар.)
  37. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/281.
  38. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 3/27.
  39. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 4/179.
  40. ↑ M. Sirry, 2012, с. 69.
  41. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 1/490.
  42. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 3/584.
  43. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 4/70.
  44. ↑ al-Ashbāh wa al-naẓāʾir. — p. 321. (ар.)
  45. ↑ M. Sirry, 2012, с. 71.
  46. ↑ M. Sirry, 2012, с. 72.
  47. ↑ M. al-Zamak̲h̲sharī, al-Kas̲h̲s̲h̲āf. — 4/67. (ар.)
  48. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 2/225-226.
  49. ↑ Мукатиль, 1979—1988, 3/20-21.
  50. ↑ M. Sirry, 2012, с. 73.
  51. ↑ Kees Versteegh, Grammar and Exegesis. — P. 231. (англ.)
  52. ↑ Почему Аллах сказал: «и Его Трон на воде»? Трон Аллаха на воде сейчас? // FatwaOnline.net. (рус.)
  53. ↑ 53,0 53,1 M. Sirry, 2012, с. 74.
  54. ↑ B. Abrahamov, Introduction to Kitab al-Mustarshid. — P. 15, 16. (англ.)
  55. ↑ M. Sirry, 2012, с. 75.
  56. ↑ Abū al-Ḥasan al-Ash‘arī, Maqālāt al-Islāmiyyīn. — p. 209. (ар.)
  57. ↑ Mutahhar b. Tāhir al-Maqdisī, Kitāb al-badʿ wa al-tarīkh. — p. 141. (ар.)
  58. ↑ Ibn Ḥazm, al-Faṣl fi al-milal wa al-aḥwāʾ wa al-niḥal. — 5/74. (ар.)
  59. ↑ Nashwān b. Sa‘īd al-Himyārī, al-Ḥur al-ʿīn. — p. 149. (ар.)
  60. ↑ 60,0 60,1 M. Sirry, 2012, с. 77.
  61. ↑ В. Abrahamov, Introduction to Kitāb al-Mustarshid. — P. 5. (англ.)
  62. ↑ Josef van Ess, The Youthful God: Anthropomorphism in Early Islam. — P. 4. (англ.)
  63. ↑ al-S̲h̲ahrastānī, al-Milal wa al-niḥal. — 1/118-119. (ар.)
  64. ↑ Muḥammad b. ‘Alī al-Dāwūdī, Ṭabaqāt al-mufassirīn. — p. 331. (ар.)
  65. ↑ M. Sirry, 2012, с. 78.
  66. ↑ Ibn Taymiyya, Minhāj al-sunna al-nabawiyya. — 2/618, 619. (ар.)
  67. ↑ Abū al-Ḥusein Muḥammad b. Aḥmad al-Mulṭī, al-Tanbīh wa al-radd ʿalā ahl al-ahwāʾ wa al-bidaʿ. — pp. 69-71. (ар.)
  68. ↑ B. al-Zarkas̲h̲ī, al-Burhān. (ар.)
  69. ↑ 69,0 69,1 M. Sirry, 2012, с. 80.
  70. ↑ Ahmad Amin, Fajr al-Islām. — p. 297. (ар.)
  71. ↑ M. Sirry, 2012, с. 82.

Литература

Использованная литература
Первоисточники
  • Muqātil ibn Sulaymān, Tafsīr Muqātil bin Sulaymān / Dr. Abdullah Mahmūd Shahhāta. — Cairo : al-Hay’a al-Misriyya al-amma li al-kitab, 1979—1988. (ар.)

Информация о статье

  • Автор: Нагметов, Р. Ш.; E-mail: feedback@quranacademy.org.
  • Библиографическая ссылка: Мукатиль ибн Сулейман [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2017 г.
  • URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Muqatil-ibn-Sulayman
  • Дата первой публикации: 22 ноября 2017 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Основной автор этой статьи — участник Maqivi. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи или на страницу обсуждения участника.

Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде


Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : мукатил * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}