Толкование Корана в 20 веке

Основные тенденции развития тафсира в XX веке

История мусульманской экзегетики отражает развитие научной и религиозно-философской мысли в мусульманском мире. Сочинения по тафсиру и кораническим наукам несут на себе отпечаток той эпохи, в которую они создавались, подчёркивают идеологические и религиозно-правовые предпочтения авторов. В период развития арабской лингвистики комментаторы проявляли повышенный интерес к особенностям коранической лексики, подробно разбирали синтаксические и морфологические конструкции в Коране. На рубеже X—XI вв., когда развернулась острая полемика между различными школами кала̄ма, редкие тафсиры не затрагивали стилистические и риторические достоинства Корана. В минувшем столетии коранические исследования испытали на себе сильное влияние научной и общественно-политической мысли Запада. Научно-техническая революция изменила не только образ жизни, но и сознание большинства мусульманских народов. Изменились и требования читателей, которые в большинстве своём неохотно читают средневековые богословские трактаты и предпочитают систематизированные сочинения, написанные простым и ясным языком. Вследствие этого труды современных комментаторов, хотя и опираются на богатое наследие эпохи классического тафсира, отличаются как новизной подходов к осмыслению коранического текста, так и формой преподнесения материала.

В современных тафсирах отчётливо просматривается столкновение традиции и новации, которое проявляется в разных формах и в разных соотношениях. Одни авторы продолжают традиции классического тафсира, но облачают свои комментарии в новую форму. Используя современные методологические подходы (системно-структурный, комплексный и др.) к изучению письменных памятников, они создают фундаментальные труды, вбирающие в себя достоинства лучших средневековых тафсиров. Так, религиозно-философские, правовые и лингвистические положения Корана подробное рассматриваются в 17-томном сочинении сирийского комментатора Джамал ад-дина аль-Касими (ум. 1914), в 30-томном тафсире тунисского богослова Ибн ‘Ашура (ум. 1973), в 10-томном тафсире мавританского языковеда Мухаммада аль-Амина аш-Шанкити (ум. 1973). Учитывая сильные стороны тафсиров на основе предания и тафсиров на основе умозаключения, современные авторы тщательно исследуют лексические и контекстуальные значения слов, взаимосвязи между предложениями и аятами, избегают ссылок на «предания израильтян», на слабые и вымышленные хадисы.

Среди современных общих комментариев к тексту Корана большую известность приобрела работа Маха̄син ат-та’вӣль (Достоинства толкования) выдающегося сирийского богослова Мухаммада Джамал ад-дина аль-Касими (ум. 1914). Автор часто обращается к исследованиям коранического стиля эпохи ‘Аббасидов. Анализируя коранические образы и риторические фигуры, он подчёркивает, что Священный Коран помогает познать величие Создателя и внутренний мир самого человека, который либо принимает веру, либо отвергает её. Комментарии Джамал ад-дина аль-Касими заслужили похвалу многих его современников, в том числе египетского реформатора Мухаммада Радиша Риды, сирийского богослова Мухаммада Бахджата аль-Байтара (ум. 1976), ливанского историка и публициста Шакиба Арслана (ум. 1946). В одном ряду с этим трудом стоит сочинение ат-Тахрӣр ва-т-танвӣр мин ат-тафсӣр (Освобождение и просветление в тафсире) маликитского законоведа, шейха Университета Зайтуна в Тунисе Мухаммада ат-Тахира Ибн ‘Ашура (ум. 1973). Будучи знатоком арабского языка и социологии ислама, автор акцентирует внимание на особенностях коранического стиля, на лексических значениях слов и изобразительно-выразительных средствах речи, выделяет главные темы, рассматриваемые в каждой суре. Ибн ‘Ашур не соглашается с Абу Исхаком аш-Шатиби и другими улемами, считавшими, что толкования Корана не должны выходить за рамки того, что было понятно арабам эпохи его ниспослания. В связи с этим для углублённого понимания некоторых аятов он прибегает к современным научным теориям, касающимся естественных и общественных наук.

Дух нового времени остро ощущается в тафсире известного египетского богослова Мухаммада Мутавалли аш-Ша‘рави (ум. 1998). Несмотря на то, что его сочинение о Коране известно как тафсир, сам учёный предпочитал называть его размышлениями над смыслом откровений. По его словам, люди неспособны комментировать Коран и даже Пророк Мухаммад не толковал аяты, а ограничивался разъяснением вытекающих из них правовых норм. Аш-Ша‘рави часто заостряет внимание на различных проявлениях неповторимости Корана. Ссылаясь на аят «Мы покажем им Наши знамения по свету и в них самих, пока им не станет ясно, что это истина» (сура 41 «Разъяснены», аят 53), он утверждает, что и‘джа̄з не ограничивается риторическим и стилистическим совершенством текста и что в свете современных научных открытий наши представления о значениях Корана значительно расширяются.

Высокую оценку специалистов заслужил труд Сафва ат-тафа̄сӣр (Отборные истолкования) известного корановеда Мухаммада ‘Али ас-Сабуни. Автор ставит целью написать ёмкий комментарий к аятам Корана, охватывающий важнейшие сведения, встречающиеся в классических тафсирах. Раскрывая главную тему каждой суры, он подробно разъясняет причины ниспослания аятов и лексические значения слов, делает полезные выводы из откровений и разъясняет элементы коранического красноречия. Значительное место в комментариях ас-Сабуни занимает освещение вопросов вероучения и мусульманского права. В своей работе он опирается на сочинения ат-Табари, аль-Куртуби, аз-Замахшари, аль-Алуси, Абу Хаййана, Ибн Касира и многих других комментаторов, эффективно используя преимущества и тафсира на основе предания, и тафсира на основе умозаключения.

Пожалуй, одним из самых самобытных тафсиров, написанных в середине прошлого века, является сочинение Адва̄’ аль-байа̄н фӣ ӣда̄х аль-К̣ур’а̄н би-ль-К̣ур’а̄н (Свет разъяснения об истолковании Корана Кораном) мавританского богослова Мухаммада аль-Амина аш-Шанкити (ум. 1973). Его комментарии охватывают большую часть аятов Корана, но не весь текст писания. Несмотря на то, что автор использует методы классического тафсира, его труд отличается оригинальностью и новизной. Особое внимание в нём уделяется риторическим приёмам, которые используются в Коране для придания тексту большей выразительности или для выделения какой-либо конкретной идеи. Отдельные главы в тафсире посвящены разъяснению идеологических и религиозно-правовых вопросов, относительно которых между улемами существуют разногласия. По этой причине некоторые авторы относят эту работу к категории предметного комментария к Корану. И хотя основным методологическим приёмом мавританского учёного является сопоставление аятов на одну и ту же тему, он нередко ссылается на хадисы Пророка и комментарии его ближайших последователей. Для обоснования собственных выводов аш-Шанкити также обращается к высказываниям религиозных авторитетов и к бедуинской поэзии.

Наряду с общими тафсирами, растёт интерес и к специализированным комментариям, в которых особое внимание уделяется отдельным аспектам священного текста. Среди законоведческих тафсиров выделяется труд Тафсӣр а̄йа̄т аль-ах ка̄м (Толкование аятов, содержащих заповеди) шейха Мухаммада ‘Али ас-Сайиса, впервые опубликованный в 1939 г. Эта работа целиком посвящена проблеме извлечения религиозно-правовых положений из текста Корана. На конкретных примерах автор прослеживает историю мусульманского права и разъясняет причины разногласий между улемами. Подчёркивая гибкость исламского шариата, шейх ас-Сайис критикует закоснелость религиозной мысли своего времени и развивает традицию иджтиха̄да в рамках четырёх традиционных мазхабов. Его тафсир послужил толчком для развития законоведческого комментария во второй половине прошлого столетия, результатом чего стало появление на свет книги Рава̄и‘ аль-байа̄н фӣ тафсӣр а̄йа̄т аль-ахка̄м (Шедевр разъяснения о толковании аятов, содержащих заповеди) сирийского комментатора и корановеда Мухаммада ‘Али ас-Сабуни. Обладающий высокими литературными достоинствами, этот труд заслужил признание и авторитетных теологов, и простых читателей. В нём разъясняются основные религиозно-правовые положения Корана, приводятся мнения суннитских мазхабов и доказательства, на которые они опираются. Автор подробно останавливается на вопросах семейно-брачных и имуществленных отношений, которые нередко становятся предметом разногласий между мусульманами, разъясняет их в доступной форме и обнаруживает этическую сторону религиозного устава. При необходимости он раскрывает суть разногласий между улемами, разъясняет особенности синтаксиса аятов и различия между.

Новыми подходами отмечены и языковедческие тафсиры, в которых особое место отводится переосмыслению словесных приёмов и форм убеждения, использованных в Коране. Риторический анализ сакрального текста осуществляет египетская исследовательница ‘Аиша ‘Абд ар-Рахман (ум. 1998) в своём трактате аль-И‘джа̄з аль-байа̄нӣ фӣ-ль-К̣ур’а̄н (Риторическая неподражаемость в Коране). Тщательно изучив работы Ибн аль-Азрака, аль-Мубаррада, Ибн аль-Анбари, аз-Заркаши и других языковедов об особенностях коранического стиля, автор приходит к выводу, что некоторые риторические обороты в Коране до сих пор не изучены в полном объёме. Она подмечает, что комментаторы не уделили должного внимания использованию глагола в страдательном залоге и тому, как эта грамматическая категория влияет на смысл выражения. В частности, по её мнению, глаголы в страдательном залоге часто используются при описании воскрешения и страшного суда для того, чтобы внимание слушателя было полностью обращено на описываемые события, а не на тех, кто будет управлять ими. Комплексный лингвистический анализ коранического текста осуществлён в работе И‘ра̄б аль-К̣ур’а̄н ва байа̄нух (Грамматический разбор Корана и его разъяснение) шейха Мухи ад-дина ад-Дарвиша. Автор не ограничивается словообразовательным и морфологическим анализом слов в Коране и подробно раскрывает лингвистическую сущность использованных в тексте метафор, сравнений, риторических фигур. При необходимости он разъясняет этимологию слова, специфику его употребления в досиламской поэзии и в самом Коране. Стремясь не выходить за рамки языковедческого исследования, шейх ад-Дарвиш практически не касается религиозноправовых и философских аспектов текста и лишь изредка ссылается на хадисы Пророка.

Прочтению эзотерического смысла Корана посвящён тафсир аль-Минах аль-фа̄хира фӣ ма‘а̄лим аль-а̄хира (Роскошные дары об особенностях последней жизни) сирийского шейха Мухаммада Шакира аль-Химси (ум. 1951). Получив начальное образование в родном городе Химсе, Мухаммад Шакир на протяжении нескольких лет обучался религиозным дисциплинам и суфийской практике у шейха тариката накшбандийа Мухаммада Салима Халафа. Впоследствии он занимал должность имама-хатиба в соборной мечети Мустафы-паши аль-Хусайни в Химсе, работал на других государственных и общественных должностях. Последние годы жизни шейх посвятил толкованию аятов Корана, связанных с жизнью после смерти и воскрешением. Размышляя над значениями аятов, он часто обращается к другим похожим откровениям, сличает и сопоставляет коранические тексты. В своих комментариях он ссылается на авторитетные своды хадисов, на труды авторитетных богословов и суфийских шейхов, на изречения своих учителей Мухаммада Салима Халафа, Халида ан-Накшбанди, Хусайна аль-Хатиба ат-Тайбани, руководствуется собственным религиозным опытом. На страницах книги автор неоднократно затрагивает основные положения суфийского вероучения и религиозной практики, а частые обращения к «скрытому» смыслу аятов позволяют отнести его труд к числу важнейших символико-аллегорических комментариев к Корану. Среди последователей других направлений в исламе наибольший интерес к истолкованию Корана проявляют ши‘иты-имамиты и хариджиты-ибадиты. Большую известность приобрёл незавершённый труд а̄ла̄’ ар-Рах̣ма̄н фӣ тафсӣр аль-К̣ур’а̄н (Блага Милостивого о толковании Корана) иракского богослова и общественного деятеля Мухаммада Джавада ал-Балаги (ум. 1933). Его семья пользовалась большим уважением в родном Эн-Наджафе (Центральный Ирак). Мухаммад Джавад получил хорошее образование, владел арабским, персидским и английским языками. В своём творчестве он касается многих злободневных вопросов, полемизирует с философами-материалистами, христианскими миссионерами и сторонниками бабизма. Особое место среди имамитских тафсиров занимает двухтомный труд Байа̄н ас-са‘а̄да фӣ мак а̄ма̄т аль-‘иба̄да (Разъяснение счастья в степенях поклонения) шейха Султана Мухаммада аль-Хурасани. Автор не ограничивается толкованиями имамов из рода Мухаммада, а ссылается на целый ряд авторитетных суннитских тафсиров и часто предаётся глубоким философским рассуждениям, перегруженным арабскими и персидскими терминами. Основное ударение аль-Хурасани делает на разъяснение положений имамитской доктрины, лишь поверхностно касаясь религиозных заповедей. Многие из его комментариев вполне можно отнести к символикоаллегорическим, причём читателю едва ли удаётся уловить движение мысли автора и связать его выводы с очевидным смыслом аятов.

Самый известный среди современных хариджитских тафсиров — труд Химйа̄н аз-за̄д ила̄ да̄р аль-ма‘а̄д алжирского богослова и корановеда Мухаммада ибн Йусуфа Итфиша (ум. 1914). Несмотря на то, что автор был видным представителем ибадитского толка, его комментарии не дают полного представления об особенностях хариджитской экзегетики. В них нет мутазилитских идей, которые разделяли средневековые хариджитские улемы, хотя автор и не признаёт возможности лицезрения Аллаха в раю. Наряду с этим, он весьма тенденциозно подходит к проблеме веры и неверия и, отстаивая точку зрения своего мазхаба, пытается доказать, что всякий совершающий тяжкие грехи навечно останется в аду и не будет удостоен заступничества. Комментируя коранические рассказы, он отводит много места описанию военных походов Пророка и цитирует «предания израильтян», некоторые из которых неправдоподобны. Занимая откровенную хариджитскую позицию в вопросах вероучения, автор критикует суннитскую и ши‘итскую религиозно-политическую доктрины, а также категорически отвергает толкования батинитов и суфиев.

Таким образом, современные богословы поддерживают традиции классического комментария к Корану, обобщают и систематизируют накопленный материал и преподносят его в более доступной форме. Поскольку содержательный, грамматический и стилистический аспекты Корана были глубоко и всесторонне исследованы средневековыми улемами, современным авторам редко удаётся открыть и сформулировать новое знание в Коране, имеющее нравственное и философское значение. В то же время тафсиры, составленные за минувшее столетие, не лишены новизны, которая выражается в переосмыслении и дополнительной аргументации старых суждений, в обрисовке актуальности коранических идей и их использования в новых условиях, в различных областях знания и практики.

Наряду с традиционными подходами, в мусульманской экзегетике появились и новые теоретические и методологические подходы к изучению священного текста. Одни исследователи стремятся очистить тафсир от теоретических построений и обобщений, отдаляющих от понимания смысла коранического послания. Раскрывая духовный и воспитательный потенциал ислама, они заостряют внимание на содержании аятов, на аспектах их неподражаемости, на значении Корана для духовного и интеллектуального развития личности и для политической организации современного общества. Это направление в коранической экзегетике получило известность как литературно-публицистический тафсир. Другие авторы заостряют внимание на совместимости коранической картины мироздания с последними открытиями в области естественных наук и видят в этом проявление неподражаемости Корана. По их мнению, поскольку Коран является верным руководством на все времена, в каждую эпоху люди обнаруживают в нём новые знаки, доказывающие его небесное происхождение. Наконец, с распространением в мусульманском мире модернистских идеологий появились комментарии, в которых этические и правовые положения Корана приводятся в соответствие с принципами западной демократии. Авторы этих сочинений толкуют коранические аяты в отрыве от мусульманской традиции и связывают социально-экономическую отсталость мусульманских государств с консерватизмом мусульманского шариата. Эти новейшие направления в тафсире заслуживают более тщательного рассмотрения, и каждое из них мы обсудим в отдельности.