Maqivi: /* Rüşvet / TDVIA */ новая тема

2022-07-31T19:44:17Z

Rüşvet / TDVIA: новая тема

Maqivi в 14:47, 31 июля 2022

2022-07-31T14:47:45Z

Maqivi: Новая страница: «== Encyclopaedia of Islam, Second Edition == {| |Рашва (993 слова) ( а. ) или, по-видимому, предпочитаемый пуристам…»

2020-01-28T16:35:23Z

Новая страница: «== Encyclopaedia of Islam, Second Edition == {| |Рашва (993 слова) ( а. ) или, по-видимому, предпочитаемый пуристам…»

Новая страница

== Encyclopaedia of Islam, Second Edition ==
{|
|Рашва (993 слова) ( а. ) или, по-видимому, предпочитаемый пуристами, ris̲h̲wa / rus̲h̲wa , pl. rus̲h̲ā , персидский ris̲h̲wat , ris̲h̲we , rus̲h̲wa , турецкий rüşvet , юридический термин для «взятки». Подобно английскому «взятка», его значение абсолютно отрицательное, и все, что называется ras̲h̲wa строго запрещено законом. Само слово не встречается в шуране. Более общие отрывки, такие как II, 188 и V, 42, 62-3 ( suḥt ), были истолкованы как включающие запрет на взяточничество. Хадиса , однако, делает этот вопрос совершенно ясно. Одно из самых явных утверждений призывает божественное проклятие к тем, кто предлагает и кто берет взятки ( rās̲h̲ī , murtas̲h̲ī ), иногда добавляя промежуточное звено ( rāʾis̲h̲ ) и спецификацию fi 'l-ḥukm .

Другие слова могут относиться к процессу подкупа, такому как d̲j̲aʿāla / d̲j̲uʿl, или, с течением времени, дрейфовать в этом направлении, таком как itāwa или bak̲h̲s̲h̲īs̲h̲ [ qv ], но ни один из них никогда не становился таким однозначным и убедительным, как ras̲h̲wa . Незначительное исключение, возможно, может быть bir itīl , если оно происходит от греческого proteleia и толкования proteleiaкак «предыдущий платеж, аванс» (Liddell and Scott, 1524) в папирусе 6-го века из Египта является правильным; в этом случае «дар» персидской парталы может быть вторичным или другим производным от греческого (см. S. Fraenkel, Aram . Fremdwörter , Leiden 1886, 84). Живописная эвфемизм для подкупа, «заливки масла в лампе» или просто ḳandala , перечислен Ас-Саалиби. Кинайя , Бейрут 1405/1984, 70; аль-Рагххиб, Муханарат , Būlāḳ 1286-87, i, 128.

Несмотря на юридический запрет, взяточничество было распространено в исламе так же часто, как и в других крупных обществах, хотя степень его распространенности, несомненно, широко варьировалась. Поэтому юристам было необходимо определить, что отличает его от допустимых даров [см. Хиба ], и ограничить его границы. В отличие от якобы бескорыстных и безусловных подарков, взятки были заявлены как предназначенные для определенной цели. Это оставило открытой возможность полезных целей, таких как попытки предотвратить правонарушения и несправедливость, см., Например, LA , sv r-s̲h̲-w . «Дары, которые ведут к получению права или отвращению от неправильного», или al-S̲h̲arīs̲h̲ī. комментируя «смерть не берет взяток» в двадцать первом аль-Шарири маḳма: «дар, дарованный для того, чтобы отразить вред того, кто имеет над тобой власть» ( Сḥ̲̲арḥ аль-Маḳмат Каир, 1306, я, 279). Однако, с юридической точки зрения, полезная цель не отменяет общий запрет; В то время как взяточник может быть в пределах своих прав, предлагая взятку, принимать его незаконно, поскольку предполагаемый получатель должен по собственному желанию делать то, что требуется и уместно. Тем не менее, некоторые признавали, что любой подарок, который был дан для какой-либо цели. Таким образом, Аль-Гхджазали обсуждает гипотетические ситуации, такие как предоставление чего-либо чиновникам или близким правителя, чтобы получить к нему доступ, а также другие ситуации, связанные с подарками для ожидаемых услуг. Негативное мнение в основном преобладало, но очевидно, что само обсуждение открыло потенциальные лазейки. Обратите внимание, что предполагаемый «первый случай подкупа в исламе» связан с выдающимися ранними мусульманами и доступом к халифу (Ибн Шутайба, Мазариф , изд. KУккасшхна, 558, и коллекции авасилов ).

Окружающая среда, в которой незаконные подкупы воспринимались как дома, была двойной сферой государственного управления и судебной власти. На широко обсуждаемой проблеме , где два четко переплетается касалась расходования средств на прием к ¶ судейскую см, наиболее лаконично, ал-Маварди, Адаб аль-Кади , изд. MH Sarḥān, Bag̲h̲dād 1391/1971, I, 151-2 и Tyan. В то время как подкуп на различных правительственных уровнях, как на внутреннем, так и на международном уровне, обсуждался (см. Аль-Субкр, Фахль аль-Мадали фи хадая ал-Шуммал Розенталь, 137-8), основная проблема была связана с судебной системой, где концепция взяточничества и его практическая роль считались наиболее глубоко укоренившимися и, несомненно, коррумпированными. В случае судей принятие благонамеренных подарков даже родственниками может стать проблемой, требующей юридического обсуждения. Похоже, что дарение подарков среди простых людей и, по-видимому, в деловых занятиях, не связанных с официальной деятельностью, не создавало опасность превращения в запретную расу .

Кто-то, признанный виновным во взяточничестве, может быть, конечно, уволен. Юридически наказание было оставлено на усмотрение судьи ( taʿzīr ). Ханафи Ибн Нуджейджайм, по-видимому, считает публичное разоблачение наиболее эффективным средством сдерживания.

Внимание, уделяемое рашве во всей литературе, доказывает, что, если нужны доказательства, взяточничество было постоянной проблемой. Его социальные эффекты, несомненно, были значительными, но их нельзя точно или даже приблизительно определить количественно. Кажется, он стал институционализированным в определенные периоды и места. С османских времен увеличение монографий по этому вопросу заметно. Политические мыслители были очень обеспокоены этим и даже оказались в отчаянии, пытаясь найти для него лекарство (см. Райт). Западники часто чувствовали себя убежденными, что взяточничество было образом жизни на Востоке. Можно, однако, сомневаться в том, что детальное исследование предоставит достоверную информацию о конкретной роли взяточничества в средневековой мусульманской цивилизации в целом, если, действительно, было что-то конкретное для нее.
|Ras̲h̲wa (993 words) (a.) or, apparently preferred by purists, ris̲h̲wa/rus̲h̲wa , pl. rus̲h̲ā , Persian ris̲h̲wat , ris̲h̲we , rus̲h̲wa , Turkish rüşvet , the legal term for “bribe.” Like English “bribe”, its connotation is absolutely negative and whatever is called ras̲h̲wa is strictly forbidden by law. The word itself does not occur in the Ḳurʾān. More general passages like II, 188, and V, 42, 62-3 ( suḥt ) were interpreted to include the prohibition of bribe-taking. The ḥadīt̲h̲ , however, makes the matter perfectly clear. One of the most explicit statements invokes the divine curse upon those who offer and who take bribes ( rās̲h̲ī , murtas̲h̲ī ), sometimes adding the go-between ( rāʾis̲h̲ ) and the specification fi ’l-ḥukm .

Other words may refer to the process of bribery such as d̲j̲aʿāla/d̲j̲uʿl or, in the course of time, drift in that direction such as itāwa or bak̲h̲s̲h̲īs̲h̲ [q.v.], but none of them ever became as unambiguous and forceful as ras̲h̲wa. An insignificant exception may possibly be birṭīl , if it is derived from Greek proteleia and the interpretation of proteleia as “previous payment, advance” (Liddell and Scott, 1524) in a 6th-century papyrus from Egypt is correct; in this case, Persian partala “gift” could be secondary or another derivation from the Greek (see S. Fraenkel, Aram . Fremdwörter , Leiden 1886, 84). A picturesque euphemism for bribing, “pouring oil in the lamp” or simply ḳandala , is listed by al-T̲h̲aʿālibī. Kināya , Beirut 1405/1984, 70; al-Rāg̲h̲ib, Muḥāḍarāt , Būlāḳ 1286-87, i, 128.

Nothwithstanding the legal prohibition, bribery was as common in Islam as in other large societies, although the degree of its prevalence no doubt widely varied. It was, therefore, necessary for jurists to define what distinguished it from allowable gifts [see hiba ] and to circumscribe its boundaries. In contrast to supposedly disinterested and unconditional gifts, bribes were stated to be what was given for a purpose. This left open the possibility of beneficial purposes such as attempts to prevent wrongdoing and injustice, see, e.g., LA, s.v. r-s̲h̲-w . “gifts that lead to obtaining a right or ward off a wrong,” or al-S̲h̲arīs̲h̲ī. commenting on “death does not take bribes” in al-Ḥarīrī’s twenty-first maḳāma: “a gift given for warding off the harm of someone who has power over you” ( S̲h̲arḥ al-Maḳāmāt , Cairo 1306, i, 279). In the legal view, however, the beneficial purpose did not invalidate the general prohibition; while the briber may be within his rights in offering a bribe, it is illegal to accept it, since the intended recipient should do on his own volition what is required and proper. It was, however, recognised by some that any gift whatever was given for some purpose. Al-G̲h̲azālī thus discusses hypothetical situations such as giving something to a ruler’s officials or intimates in order to gain access to him, as well as other situations of gift-giving for expected services. The negative view mostly prevailed, but it is obvious that the very discussion opened up potential loopholes. Note that the alleged “first case of bribery in Islam” involves outstanding early Muslims and access to the caliph (Ibn Ḳutayba, Maʿārif , ed. ʿUkkās̲h̲a, 558, and the awāʾil collections).

The environment where unlawful bribing was seen as particularly at home was the twin realms of government and judiciary. On a widely discussed problem where the two clearly intertwined concerned the expenditure of money for an appointment to a ¶ judgeship, see, most concisely, al-Māwardī, Adab al-ḳāḍī , ed. M.H. Sarḥān, Bag̲h̲dād 1391/1971, i, 151-2, and Tyan. While bribery on various governmental levels, internally as well as internationally, was discussed (see al-Subkr, Faṣl al-maḳāl fī hadāyā al-ʿummāl Rosenthal, 137-8), the principal concern was with the judiciary, where the concept of bribery and its practical role were seen as most deeply embedded and unquestionably corruptive. In the case of judges, the acceptance of well-intentioned gifts even by relatives could constitute a problem calling for legal discussion. Gift-giving among ordinary individuals and, presumably, in business pursuits not involving officialdom was, it seems, not considered to incur the danger of developing into forbidden ras̲h̲wa.

Someone found guilty of bribery could, of course, be dismissed. Legally, punishment was left to the decision of the judge ( taʿzīr ). The Ḥanafi” Ibn Nud̲j̲aym appears to have considered public exposure as the most effective deterrent.

The attention paid to ras̲h̲wa throughout the literature proves, if proof is needed, that bribery was an ever-present problem. Its social effects were no doubt considerable but cannot be accurately, or even approximately, quantified. It appears to have become institutionalised at certain periods and locations. From Ottoman times, an increase in monographs on the subject is noticeable. Political thinkers were much concerned with it and even ended up in almost despairing of finding a remedy for it (see Wright). Westerners often felt convinced that bribery was a way of life in the East. It may, however, be doubted whether detailed research will provide valid clues to a specific role of bribery in mediaeval Muslim civilisation as a whole, if, indeed, there was anything specific to it.
|}{{refbegin3}}
;Bibliography
Some of the vast and scattered source material is cited by E. Tyan, Histoire de l’organization judiciaire en pays d’Islam, Paris 1938-43, i, 425-31, 2nd. ed., Leiden 1960, 289-92, and F. Rosenthal, Gifts and bribes: the Muslim view, in Proceedings of the American Philosophical Society, cviii (1964), 135-44, repr. in idem, Muslim intellectual and social history, Variorum Reprints, Aldershot 1990. See, for example, Wakīʿ, Ak̲h̲bār al-ḳuḍāt, ed. ʿAbd al-ʿAzīz Muṣṭafā al-Marāg̲h̲ī, Cairo 1366-69/1947-50, i, 45-60

G̲h̲azālī. Iḥyāʾ, book II, ch. 4 at end, tr. H. Bauer, Erlaubtes und verbotenes Gut, Halle 1922, 206-12, and Murtaḍā al-Zabīdī, Itḥāf, Cairo 1311, repr. Beirut, vi, 157-69

D̲h̲ahabī, Kabāʾir, ch. 32

Ibn Nud̲j̲aym, Risāla muk̲h̲taṣara fī bayān al-ras̲h̲wa wa-aḳsāmihā, in Rasāʾil, Beirut 1400/1980, 110-17

Ḥād̲j̲d̲j̲ī K̲h̲alīfa, The Balance of Truth, tr. G.L. Lewis, 124-27

W.L. Wright, Ottoman statecraft, Princeton 1935, text, 38 ff., tr. 87-93

Ahmet Mumcu, Osmanli devletinde rüşvet (Ankara 1969).

;Cite this page
Rosenthal, F., “Ras̲h̲wa”, in: Encyclopaedia of Islam, Second Edition, Edited by: P. Bearman, Th. Bianquis, C.E. Bosworth, E. van Donzel, W.P. Heinrichs. Consulted online on 28 January 2017 <http://dx.doi.org/10.1163/1573-3912_islam_SIM_6245>{{refbegin2}}

Обсуждение:Взяточничество - История изменений

Maqivi: /* Rüşvet / TDVIA */ новая тема

Maqivi в 14:47, 31 июля 2022

Maqivi: Новая страница: «== Encyclopaedia of Islam, Second Edition == {| |Рашва (993 слова) ( а. ) или, по-видимому, предпочитаемый пуристам…»